Строительная компания
stroidom-shop.ru
comintour.net
«Проблема Ивана-дурака у нас просматривается»: Шашилов о беспечности биатлонистов сборной и лучшей гонке Мироновой

Главная задача тренерского штаба сборной России по биатлону — объединить спортсменов, научить их много тренироваться, чтобы они выдерживали сезон от начала и до конца без эмоциональных и физиологических провалов. Об этом в интервью RT заявил наставник национальной команды Михаил Шашилов. Специалист также объяснил, почему работа личным тренером давалась ему легче, рассказал о взаимоотношениях с Алексеем Волковым, а также о том, что можно почерпнуть у конкурентов из других сборных.

«Проблема Ивана-дурака у нас просматривается»: Шашилов о беспечности биатлонистов сборной и лучшей гонке Мироновой

  • Светлана Миронова
  • © Алексей Филиппов

— Когда в смешанной эстафете на этапе Кубка мира в Оберхофе Эдуард Латыпов ушёл с заключительного рубежа третьим, болельщики, думается, даже в самых смелых фантазиях не допускали, что Россия финиширует с золотом. Что чувствовали в этот момент?

— Когда бегут свои, всегда веришь до конца. Надеешься на какое-то чудо, особенно в Новый год. Как без этого жить? Скучно.

— Вы довольны тем, как отработала ваша личная подопечная Светлана Миронова?

— В последних стартах она очень чётко начала понимать, почему в гонке случается та или иная ошибка. В смешанной эстафете была проделана просто изумительная работа. Сказал бы, что это лучшая гонка в её жизни. Всё, над чем мы бились, получилось.

— Когда говорите «лучшая гонка», имеете в виду статистические показатели или первое в карьере золото?

— Медаль — это преходящее явление: сегодня есть, завтра нет. Поэтому прежде всего имею в виду показатели. До пика формы ещё работать и работать, но всё, что Светлана показала в эстафете, — это максимум, на который она способна в нынешнем состоянии.

Хотя работать в условиях коронавируса, без тренажёрного зала и бани, очень непросто. Но мы стараемся.

— Сколько занимаетесь с Мироновой как личный тренер?

— Давно перестал считать. Лет десять, наверное.

— Когда с вашей спортсменкой работали в сборной другие тренеры, не возникало ощущения, что подготовка ведётся как-то не так? И как сейчас воспринимаете то, что многие девушки, попадая в национальную команду, не могут показать результата, которого от них ждут?

— Полагаю, что за очками, планами, секундами и методиками мы очень часто перестаём видеть конкретного спортсмена. Не думаю, что это проблема только биатлона. Скорее, определённое свойство времени. Откровенно скажу: после стольких лет сотрудничества со спортсменками в качестве личного наставника тяжело даётся перестройка на работу с командой. Своих ведь воспитываешь иначе: возишься с ними, как с детьми. Можешь прикрикнуть, где нужно, и знаешь, что на тебя не обидятся, поскольку делаем общее дело. В сборной же постоянно себя контролируешь, поскольку никогда не знаешь, какой окажется реакция на те или иные слова и какими последствиями обернётся та или иная ситуация. Иногда даже кажется, что мы — люди из разных миров.

— В чём это выражается?

— Для меня, например, абсолютно нормально купить спортсменке цветы, придумать какие-то подарочки-безделушки на Новый год. Все мои девчонки давно привыкли к этому. А здесь вдруг увидел абсолютное непонимание, типа: он нам новогодние подарки зачем-то принёс, мы теперь что — обязаны ему, получается?


Александр Логинов переболел коронавирусом практически бессимптомно, однако процесс сопровождался потерей обоняния и общим…

Причём сколько людей находится под твоим началом, столько может быть вариантов работы над ошибками, индивидуальной для каждого. В этом, кстати, тоже видно отличие нашего подхода от того, как работают ведущие иностранные специалисты. Тот же Зигфрид Мазе может на пристрелке Кубка мира начать подробно объяснять Тириль Экхофф, почему именно она делает ошибку, пытаясь фокусировать взгляд на мишени.

— Откуда вам известно, что именно тренер?

— Всё время рядом стою, а любой тренер — и Мазе не исключение — объясняет большинство технических вещей на пальцах, сопровождает слова жестами.

— Дома у вас есть отдельный специалист по стрельбе или справляетесь со всеми стрелковыми задачами сами?

— Сам.

— В клинч с Волковым не вступаете на сборах относительно стрельбы, если не согласны в технических вопросах?

— Стараемся находить общий язык. Пока получается.

— Любой тренер, приходя в российскую сборную, оказывается фактически лишённым права на ошибку. Ему ничего не остаётся, кроме как готовить подопечных к главному старту сезона, поскольку именно по этому результату оценивается работа. На вас это распространяется?

— Нет. Меньше всего сейчас думаю об этом. Конечно, прилагаем все силы, чтобы уже сейчас у девочек появился результат. Но считаю гораздо более важной задачей сколотить команду. Объединить людей, научить их долго и много тренироваться, чтобы выдерживали сезон от начала и до конца без эмоциональных и физиологических провалов. Условно говоря, сейчас в нашем распоряжении есть маленький и довольно шаткий журнальный столик. А должен быть крепкий стол, за которым могут разместиться полтора-два десятка человек, включая спортсменов, тренеров, технический персонал. И который способен стать для всех нас своеобразной точкой опоры. Как у прыгунов с трамплина: попал в отталкивание — полетел. Неважно даже, окажусь ли за этим столом я сам. Но только в этом случае у нас появится команда, способная завоёвывать медали.

Источник

Об

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *